Старик протестующе покачал головой.

— Даю вам неделю, — сказал он. — В следующий понедельник бриллианты должны находиться в моем женевском банке. Когда все сделаете, позвоните мне домой. Сегодня меня выписывают.

На секунду их глаза встретились, и Кортезини понял, что разговор окончен. Ну и работа ему предстояла! Найти бриллианты дело нехитрое, но чтобы не привлекать внимания, лучше покупать небольшими партиями и в разных странах. Легко сказать! Сможет ли он уложиться в неделю? Задача казалась ему почти невыполнимой, хотя и заманчивой. Он и мысли не допускал, что старик лишился рассудка: в свои восемьдесят пять лет Ровести обладал исключительно ясным умом, а значит, все продумал до последней мелочи.

— Что это, азарт игрока? — пробормотал Кортезини, как бы размышляя вслух.

— Так ведь и вы человек азартный, — уклончиво ответил Ровести.

— В следующий понедельник бриллианты будут в Женеве, в вашем банке, — твердо пообещал Кортезини.

— Таким, как мы с вами, грех умирать, — пошутил издатель, явно удовлетворенный ответом ювелира.

— Вечно жить скучно, — с улыбкой возразил Кортезини.

— Пожалуй, вы правы, — согласился Ровести и добавил уже серьезно: — Товар будет оплачиваться незамедлительно, сразу по поступлении в банк. Я отдал распоряжение. — И протянул ювелиру руку.

Кортезини ответил крепким рукопожатием.

Сделка, которую предлагал умирающий старик, была чистым безумием, и согласиться на нее мог только безумец. Кортезини согласился, скрепив сделку рукопожатием, что для людей его профессии считалось надежнее любого контракта.

— Ваша доля составит пятьдесят миллиардов.

Посреднические услуги оплачиваются обычно в размере пяти процентов от общей стоимости сделки. Ровести прекрасно знал это и не сомневался, что Кортезини будет соблюдать его выгоду и поручение к понедельнику выполнит, а значит, эти миллиарды — вполне заслуженная награда преданному ювелиру.