Бросив шоферу несколько слов, он быстрым шагом направился прочь от лимузина – прямо по направлению к Рейчел и могилам, расположенным за ее спиной. Что-то в его лице очень напомнило ей Дина. Как и ему, этому человеку должно было быть лет за пятьдесят. Женщина даже подумала, появляются ли у него, как и у Дина, морщинки в уголках глаз, когда он смеется?

Через несколько секунд она убедилась: да, появляются, – когда, заметив ее, мужчина слегка улыбнулся.

– Ну как ты?

Теплота и искренность, прозвучавшие в его словах, превратили этот вопрос в нечто большее, нежели банальная формула вежливости. В следующую секунду Рейчел, к собственному удивлению, обнаружила, что уже обменивается с незнакомцем рукопожатием.

– Благодарю вас, хорошо. – Она торопливо утерла катившуюся по щеке слезу, будучи в полной уверенности, что выглядит ужасно – с отекшими и покрасневшими глазами. Однако доброта, сквозившая во взгляде мужчины, сказала ей, что он – в достаточной степени джентльмен, чтобы не заметить всего этого.

– Служба, по всей вероятности, уже закончилась, не так ли? – спросил он. – Жаль, что я опоздал, но мне пришлось… – Мужчина умолк на полуслове, и на его лице промелькнуло недоумение. – Извините, но ведь вы – не Эбби, не правда ли?

– Нет, не Эбби. – Рейчел увидела, как собеседник непроизвольно отшатнулся от нее, и ей захотелось умереть. Всю свою жизнь она боролась с этим чувством стыда. Она не сделала ничего дурного и в то же время никогда не могла отделаться от ощущения какой-то непонятной вины. Дрожа всем телом, Рейчел повернулась, чтобы уйти.

– Постойте! Вы, должно быть, дочь… Кэролайн?

Она задержалась, и на ее глаза вновь навернулись слезы. На сей раз – слезы благодарности. Наконец ее хоть кто-то признал. Кто-то, способный понять всю глубину ее утраты.

– Вы… знали мою мать?

Она подняла растерянный взгляд на стоявшего перед ней мужчину.

– Да. – Его лицо озарила добрая улыбка, и в уголках глаз появились лучики морщинок. – Ведь вас зовут Рейчел, не так ли?