Гейбриел легким кивком выразил согласие за обоих и продолжал серьезным тоном:

— Я убежден, что каждый из нас сам творит свою судьбу. Вначале мы определяем обстоятельства, при которых можем стать счастливыми. Потом всячески пытаемся их создать. И в случае успеха, приложив немало сил, получаем то, что хотели иметь.

Он вдруг замолчал, как будто сам испугался своего красноречия. Затем пытливо посмотрел на Куинн и неожиданно не без ехидства спросил:

— Хотите знать, что меня особенно раздражает?

— Что?

— Когда хорошенькие женщины называют меня «мистер Хантер». Я привык к имени Гейб.

— Ладно. Буду называть вас Гейбом.

Куинн вдруг с удивлением поняла, что ей приятно произносить это редко встречающееся имя. Почему? Но не успела она задуматься об этом, как у стола вновь возникла официантка.

— У меня для вас два сообщения: плохое и хорошее.

— Сначала давайте хорошее! — одновременно воскликнули Куинн и Гейбриел.

— Ах, дуэт? Очень мило! — рассмеялась официантка. — Значит, так. Хорошее это то, что у нас остался всего один пирожок с банановым кремом.

Гейбриел и Куинн растерянно уставились друг на друга. Выражение лица Куинн не оставляло сомнения, что она думает: «А я что говорила?»

Гейбриел удивленно поднял бровь.

— Что же в этом хорошего? Мы ведь заказывали два пирожка!

— Дело в том, извините, что я ненароком подслушала ваш спор о калориях. Теперь по крайней мере одному из вас не о чем больше беспокоиться!

— Ах вот оно что! Признаться, вам трудно отказать в логике. Ну, а что же это за плохое сообщение?

— То, что теперь у вас есть серьезный шанс поссориться, кому этот единственный пирожок достанется.

Официантка поставила на стол тарелку с пирожком, вазочку с банановым кремом и, подарив обоим очаровательную улыбку, удалилась. Гейб по-джентльменски пододвинул вазочку к Куинн. Она засмеялась и вернула ее на прежнее место.