Очень нежно он повернул ее лицом к себе, потом подхватил на руки и понес к постели. Положив ее на спину, Марк стоял рядом уже обнаженный, но она не смотрела на него.., не могла, чувствуя испуг. Ее состояние было далеко от возбуждения. Ни слова не говоря, он вытряхнул ее из халата, потом взялся за сорочку...

- Ну же, давай, теперь это.

Он поднял ей руки и стянул сорочку через голову. Через мгновение Марк уже лежал на постели, не касаясь ее. Дукесса молчала.

- Как холодна, как сдержанна, - снова заговорил он, откидывая зачем-то ее волосы со лба и щек. - Это именно то, что джентльмен и хочет видеть в своей жене, которая прежде всего леди и не ищет без конца все новых и новых чувственных наслаждений, предавая своего мужа. Но какое разочарование, Дукесса, ты не можешь быть слишком строгой, имея такие хорошенькие аппетитные ушки. - Он поцеловал ей ухо, проникая в него языком. - Никогда больше не надевай таких сорочек, - прошептал он. - Она красивая и, несомненно, очень дорогая, но чересчур кокетливая.

- Ты хочешь сказать, что эта рубашка подходит лишь таким, как моя мама?

- Я не говорил этого, - ответил он после продолжительной паузы.

- Ты боишься, что я стану чувственной кокеткой, что это у меня в крови.

- Возможно, я не знаю. Не стоит так волноваться. - Он накрыл ее своим телом.

Дукесса чувствовала себя совершенно беспомощной.

Марк с нежной трогательностью смотрел на нее, повторяя легкими, еле ощутимыми прикосновениями линию ее тонких бровей, глаз, губ.

Дукесса растворялась в его взгляде. Каждое его прикосновение отдавалось где-то внутри ее спазмом. Горечь от его недавних слов уступала место желанию. Она наслаждалась теплом его тела. Теперь он был в ее власти, она хотела его, нуждалась в нем так же, как и он в ней, и не желала скрывать своих чувств.