— До определенного предела, — осторожно сказала Лили. Видимо, не так уж крепок был его сон, раз кое-что он все-таки услышал.

— Что каждый может быть лучше, чем он есть на самом деле, — продолжал Хантер.

— Только если вы не считаете, что уже достигли совершенства.

Ее намек вызвал на его губах ленивую усмешку.

— О, что вы! Я далек от совершенства. По крайней мере, я не из тех, кто, просыпаясь утром, первым делом бежит к зеркалу и целует свое отражение, пребывая в уверенности, что в целом свете нет никого красивее, умнее, ну и так далее.

Это только укрепило ее подозрение, что во время занятия Хантер не спал. Он просто притворялся спящим!

— Я не отношусь к таким людям, — спокойно сказала Лили. — Но иногда мне действительно приходится подбадривать себя и говорить, какая я замечательная.

— Пока не встретишь мужчину своей мечты и он не будет делать это за тебя, — слегка насмешливо закончил Хантер.

— Ты меня не знаешь, — также перейдя на «ты», возразила Лили. — То, что я сейчас скажу, предназначено только для твоих ушей — другие просто перестали бы мне верить, а я этого допустить не могу. Дело в том, что я... Я не верю в любовь!

— Вот как? — Его брови изогнулись полумесяцем.

— Вот так, — кивнула Лили. — Я верю в притяжение. Я верю в страсть. Я даже верю в то, что можно уважать другого человека, как самого себя, но я не верю в любовь, тем более в сказку типа «Жили долго и счастливо и умерли в один день».

— Аманда была бы разочарована, — заметил он.

— Поэтому она и не услышит этих слов. — Лили хотела уйти, но Хантер удержал ее за плечо.

— А как быть людям с физическим дефектом? Скажем, кому-то сказали, что он никогда больше... не сможет ходить. Ты будешь убеждать и этого человека, что ему следует поверить в себя и тогда он встанет и пойдет? — Теперь в его голосе не было и тени насмешки.