— Ты всегда такой понимающий? — едко поинтересовалась она.

— Нет. — Ее ирония прошла мимо него, даже не задев. Помолчав, он спросил: — Может, хочешь поделиться, что произошло помимо этого?

— Ничего, — поспешно бросила она, пряча дрожащие руки. — Тебе мало моего рассказа?

Хантер молчал, глядя ей в глаза, и Лили отвела взгляд, напуганная его проницательностью. Но — к радости или к разочарованию — он не стал настаивать.

Вытащив из кармана ключи от машины, он подавил зевок и уже за дверью сказал:

— Ну что ж. Еще раз спасибо за кофе.

И тут Лили отчетливо осознала, что Хантер вышел не только из ее квартиры. Он ушел из ее жизни.

Он не хотел ехать домой.

Не хотел звонить Эмме и говорить о том, где провел вечер. Не хотел вновь оказаться один в своей спальне.

Он хотел остаться с Лили — и не потому, что она была красива, красивые женщины в современном мире встречаются на каждом углу. Если бы ему от нее нужен был просто секс, он мог бы легко найти ей замену, благо недостатка в женщинах, согласных согреть ему постель, не было.

Нет, ему нужна именно она. Усталая, разбитая, Лили тем не менее нашла для него время. И ничего не попросила взамен. И это было самым удивительным.

Он повернулся к ней.

— Думаю, я мог бы уехать домой, но не сделаю этого.

Ее глаза расширились. А ему больше и ничего не было нужно. Он все прочел в зелени ее глаз. Желание. Это было так же неоспоримо, как дождь за окном.

Лили стояла, ухватившись за косяк обеими руками, потому что ее колени дрожали. Она хотела закрыть дверь, но не смогла шевельнуть и пальцем. Она хотела сказать «да», вопреки тому, что ее разум кричал «нет».

Словно в замедленном кино, Лили смотрела, как одна рука опускается вниз, почти задевая ее плечо. Хантер наклонил голову, другой рукой касаясь ее лица. Лили не смогла даже повернуть головы, хотя его прикосновение обожгло ее. Безумное желание отдаться на милость этим сильным рукам, поддаться искушению боролось со здравым смыслом. И здравый смысл безбожно проигрывал.