Присутствующие вздохнули облегченно. Мэри была готова рассмеяться над их глупыми опасениями, но она понимала, что, как солдаты перед сражением, все они нуждались в поддержке и одобрении, прежде чем ринуться в бой.

- Продолжайте заниматься своими делами, - сказала она, беря в руки поднос. Как только за ней закрылась дверь, шум поднялся вновь.

Десять лет назад Мэри ни за что не поверила бы, что управление хозяйством в загородной усадьбе могло принести ей чувство удовлетворения. Какая страсть, какая самая прихотливая фантазия могла сравниться с сознанием, что прислуга, до единого человека, уважает ее! Она добилась этого только собственными усилиями, что давало ей полное право быть довольной собой.

У двери в библиотеку ее ожидал с докладом Тримэйн.

- Камин разожжен, мисс, и я добавил свечей. И... - он переминался с ноги на ногу, как будто допустил какую-то неловкость, нарушив этикет.

- Да? - помогла ему Мэри.

- Я немного передвинул мебель.

- Зачем? - спросила она изумленно.

- Миледи приказала.

Мэри по привычке успокоила его.

- Тогда все правильно. Приказы миледи должны выполняться неукоснительно.

Хорошая экономка всегда ободряет прислугу.

- Вот и я так подумал, - ухмыльнулся Тримэйн.

Но Мэри знала, что способностью думать он как раз не отличается. Да и ухмылка эта - безусловно лишняя.

- Постучите, пожалуйста, - попросила она его.

Тримэйн повиновался, и, когда леди Валери отозвалась, раскрыл перед Мэри дверь.

Она бесшумно проскользнула в комнату, три стены которой были с пола до потолка уставлены книгами.

Хорошая экономка - скромна и ненавязчива.

Мебель, как и предупредил ее Тримэйн, была передвинута. Кресло леди Валери оказалось повернуто боком к камину. Вся композиция получилась завершенной и неожиданно уютной. В центре ее помещался чайный столик, создавая окончательную гармонию.