Сама по себе она не представляет ничего выдающегося. Как на многих узких улочках в лабиринте Лондона, на Хэрроухауз едва могут разминуться два автомобиля, а любая остановка немедленно создает затор. Тротуары здесь столь же неудобны: идущим навстречу парам на них не разойтись, и по меньшей мере одному приходится сторониться.

Все дома по обеим сторонам улицы – девятнадцатого века, выстроенные в едином стиле. Никаких современных фасадов, неоновых огней, стеклянных витрин и никакой рекламы. Время сохранило присущую этой улице атмосферу. Атмосферу солидности.

И все же, несмотря на внешнюю непохожесть – это торговая улица. К примеру, в доме номер двенадцать расположено морское страховое агентство. Через дорогу в номере тринадцатом – дирекция нефтяной компании «Мид-Континентал Ойл». Третий этаж номера тридцать второго занимает торговец редкими книгами и рукописями. А на четвертом этаже номера двадцать четыре открыла представительство фирма «Американ пластикс». Нефть и пластики, рукописи и страхование. Эти четыре фирмы – исключение из правил, единственные чужаки среди доброй сотни компаний на улице Хэрроухауз, извлекающих прибыли из одного и того же источника.

Алмазов.

При этом слове возникает впечатление, что улица Хэрроухауз всего лишь скромный филиал старинного ювелирного района Хаттен-Гарден, который расположен неподалеку. В Хаттен-Гардене бриллианты повсюду: они излучают неподдельный блеск в витринах магазинов и сверкают в кожаных мешочках множества частных торговцев драгоценными камнями. Однако превосходство Хаттен-Гардена кажущееся: на улицу Хэрроухауз он взирает с неизменным почтением.

Все дело в доме номер одиннадцать.

Это из-за него не иссякает поток желающих разместить конторы по продаже алмазов на такой тихой, неприметной улочке. Они словно железные опилки, которые не в силах противостоять притяжению мощного магнита. Удача измеряется тем, на каком расстоянии они расположены до дома одиннадцать: чем ближе, тем лучше.