— Глазам своим не верю, — как гром среди ясного неба, прозвучал голос. — Проклятие! Женщина, какого черта ты здесь делаешь?

Нет, подумала Джейн, нет и нет… Девушка нащупала ногой песчаное дно и огляделась.

— О Боже, — прошептала и нырнула, чтобы спрятаться.

Этого не могло быть. Не могло!

На берегу собственной персоной стоял Андре Стоун!

Нет, тоже подумал Андре, этого не может быть!

Но глаза не обманывали. Женщина из отеля «Глория». Джейн Мелони… Джоанна Мориссон… Черт побери, как ее там? Ведь он же спросил ее имя у портье, когда уходил из гостиницы!

Джейн! Джейн Митчелл. Имя он подзабыл, но зато отлично помнил все остальное. Шапку пушистых золотых волос. Глаза — голубые, как летнее небо, огромные и чуть испуганные, словно у олененка. Нежную полную грудь, которую тогда обхватил ладонью… Сейчас грудь снова мелькнула перед глазами — белая, округлая, с маленькими сосками, похожими на розовые бутоны, готовые распуститься в зеленоватой воде пруда.

Тело мужчины напряглось. Он как будто снова держал ее в объятиях, ощущая тепло кожи, запах духов…

Затем вспомнилось упрямое сопротивление. Надменность. Легкость, с которой женщина ткнула его пистолетом в брюхо.

Стоун угрюмо шагнул к воде. Эта женщина была из того социального слоя, который Андре ненавидел. Сам он вырос в бедности, в городке, которым владели богатеи вроде этой дамы. Презрение, с которым леди отнеслась к нему, вызвало множество неприятных воспоминаний. Андре прекрасно знал, как такие люди смотрят на тех, кого считают недостойными своего общества.