Тори очнулась от своих мыслей и распрямила плечи. Молодая женщина, получившая хорошее воспитание, должна тщательно следить за своей осанкой — это было первое правило, которое Тори усвоила в школе юных леди мисс Портер, где проучилась с девяти до четырнадцати лет.

Отчего-то ей вдруг стало холодно.

Опять это ощущение, что за ней наблюдают.

Виктория подняла глаза и увидела свое отражение в огромном зеркале на противоположной стене. И одновременно с этим — отражение мужчины, расположившегося в дверях между бальным залом и комнатой для гостей. Вот он! Интуиция подсказала ей, что именно этот человек был источником ее тревоги.

Заметив движение ее головы, он быстро отвел глаза и притворился, будто рассматривает картину — признанный шедевр начала века кисти Джона Сарджента. На портрете были изображены ее родная и двоюродная прапрародительницы в девичестве — две рыжеволосые красавицы в пору расцветающей женственности. Художник запечатлел их в белых муслиновых платьях, с голубыми атласными лентами в волосах. Из всего собрания картин, находившихся в доме, эту Тори любила больше всего.

Итак, пока незнакомец делал вид, что разглядывает картину, Тори разглядывала его.

На нем была традиционная шотландская юбка, расцветка которой показалась ей знакомой. Но она тут же забыла об этом, ибо ее внимание привлекла благородная внешность незнакомца, выдававшая его высокое происхождение.

Откуда-то из глубин ее сознания в памяти всплыла старинная народная шотландская песня:

Тори не удивилась бы, узнав, что в жилах этого человека течет королевская кровь. И несмотря на угрозу, исходившую от него, Виктория невольно подумала, что более красивого мужчины еще не встречала.

На вид ему было где-то между тридцатью и сорока, скорее, ближе к сорока. Широкие плечи, мускулистые руки и грудь. Узкая талия, длинные ноги. Очень длинные ноги. Густые темные волосы. Высокий лоб, длинные изогнутые брови. Умные пронзительные глаза. Издалека не было видно, какого они цвета, но ей показалось, что темные.