Сэм порывисто встала и, подобрав серебристо-розовые юбки, торопливо направилась к выходу.

– Саманта, ты куда? – встревожилась Присей, когда девушка поравнялась с ее креслом.

– Прогуляться, – ответила Саманта севшим голосом.

– Почему бы тебе не дождаться Джулиана, милая? Он подойдет с минуты на минуту, – крикнула ей вдогонку Нэн, но Сэм не могла ждать… даже Джулиана. Вылетев из элегантной гостиной, она промчалась по холлу мимо неподвижного лакея к парадному ходу.

Ослепленная пеленой слез, Сэм инстинктивно двинулась в сторону каменной часовни, расположенной отдельно от здания, именуемого членами состоятельного семейства Монтгомери-хаус. Булыжная мостовая была скользкой от утреннего ливня, но девушка, мечтавшая как можно скорее оказаться в уединенном месте, этого не замечала. В храме покоились бренные останки усопших Монтгомери… благородных предков Джулиана Монтгомери, маркиза Серлинга, и Джексона Монтгомери, виконта Дарема, жениха Аманды и новоиспеченного зятя Сэм. Менее почтенные члены фамилии, а также слуги, верой и правдой служившие своим хозяевам на протяжении многих десятков лет, нашли приют на погосте сразу за часовней в могилах с надгробиями, некоторые из которых отличались особой красотой и вычурностью.

По неясной причине Сэм потянуло к простому могильному камню в самом дальнем углу кладбища, поросшему травой и затененному фронтоном церкви. Там она опустилась на сырую землю и дала волю чувствам.

– Что случилось, Сэм?

Девушка испуганно вскинула голову и встретилась глазами с Джулианом Монтгомери, старшим братом Джека. Он наклонился и набросил ей на плечи плащ. Когда маркиз вновь распрямился, его холодная красота в ореоле золотых волос сияла на фоне серого, свинцового неба подобно зимнему солнцу.

Светловолосый, как викинг, с льдисто-голубыми озерами глаз и благородным лицом святого, он напоминал Саманте принца. Красивое лицо с классическими чертами казалось высеченным из дорогого мрамора искусной рукой ваятеля, одержимого стремлением к совершенству. Некоторое время Сэм внимательно на него смотрела, пытаясь понять, о чем он думает и что чувствует, но его лицо оставалось непроницаемым. Застигнутая врасплох, она еще больше расстроилась и опустила глаза.