Ее необъяснимое внимание к нему заставило его приглядеться. И Джей мог по достоинству оценить ее бесспорно очаровательную внешность. Она была не единственной европейкой среди гостей на этой свадьбе, но, на его пристрастный взгляд, выделялась из их числа. Высокая, миловидная, элегантная девушка, она вся словно дышала свежестью. У нее была тонкая талия, изящные руки, стройные красивые ноги, но при этом она не казалась худышкой, поскольку и бедра, и талия вырисовывались очень женственно.

Большеглазая, с приоткрытым от удивления ртом, она смотрелась презабавно. Такое сочетание обольстительной взрослости и трепетности ребенка тронуло его.

Джей не относил себя к числу аскетов и любил не только поразмыслить об удовольствиях плоти, но и при всяком удобном случае предавался им. Неудивительно, что вид милейшей девушки, настолько внимательной к его персоне, возбудил в нем вполне определенное желание. А поскольку воображение Джея отличалось буйством, то и мысленные образы не блистали целомудренностью.

Мысленно Джей уже видел густые шоколадные волосы незнакомки на парчовых подушках, он представил, как осязает ее шелковистую кожу, одаряет поцелуем сочные губы и испытывает ни с чем не сравнимое удовольствие от того, что делает.

Джей хитро прищурился. И слегка улыбнулся ей уголками губ.

Тридцатичетырехлетний мужчина знал один-единственный способ общения с красивой и желанной женщиной. Его и практиковал, осознанно оттачивая свои навыки. В искусстве флирта ему не было равных, так, по крайней мере, считали его прежние пассии. Он умел читать сокровенные знаки языка тела. Он безошибочно улавливал интерес, проявленный к нему со стороны понравившейся ему женщины, и отвечал взаимностью. Потому-то сближение с каждой из них происходило быстро и естественно в одно и тоже время.

Девушка не последовала повальной, моде прочих европеек, которые, собираясь на торжество в его стране, неизменно надевали индийское сари, полагая, что, обмотавшись драгоценными шелками, они приблизились к пониманию тайн Востока. Эти неуклюжие попытки вызывали у Джея насмешку, а то и раздражение.