Потому и обидно: стараешься, стараешься, а кто-то мимо кассы свой товар гонит, как будто братва обязана бесплатно напрягаться… И обидно, и злость берет, а еще дождь льет, и холодный ветер в лицо. А продавцы сидят себе в своих авто и в ус не дуют, кофе из термосов попивают.

Автомобилей возле рынка хватало, но все они стояли возле ворот, покупатели вокруг них не крутились – видно, что принадлежали они потенциальным клиентам. Но чуть в стороне, метрах в ста от ограды, перед дорогой стояли в ряд три левые машины, а еще немного дальше жалась к обочине серая, в грязи «девятка». Вот возле них шла торговля, не самая бойкая, но все-таки заметная. Гене предстояло пресечь эту самодеятельность, но для этого ему пришлось проделать путь на своих двоих и под дождем.

Первой стояла серебристая «десятка» с тюнингом. Мокро на улице, грязь под ногами, а машина чистая, как будто хозяин только что намыл ее под дождем.

– Эй!

Гена грозно ударил ногой по переднему колесу. Стекло водительской дверцы тут же опустилось, из салона выглянуло испуганное лицо молодого парня с широким деформированным носом.

Возможно, парень занимался боксом, но Гену это не остановило. Он и сам специалист по рукопашному бою, к тому же за ним сила. За ним сам Тереха со своей бригадой, за ним район, который контролирует братва. Да и Толик рядом. У него чугунный подбородок и свинцовые кулаки – любой удар выдержит, и сам какую хочешь защиту пробьет. Ну и еще в кобуре под кожанкой ждет своего пожарного часа пистолет. Служебный ствол ижевского производства, хоть и с уменьшенной дульной энергией, но лобовую кость прошьет, как яичную скорлупу. Правда, Тереха настоятельно просил, чтобы оружие без особой надобности не светить, хотя и выдавали его на вполне законных основаниях. И Гена числился в легальной охранной фирме, и Толик, и лицензии у них на руках.