— Джина! — Вики с негодованием посмотрела на насмешницу.

— Неужели ты выйдешь замуж за человека, которого для тебя выберут родители?

— Если он мне понравится и нас будет связывать взаимное уважение…

— Взаимное уважение? — Джина поморщилась. — А если начнется бурный и страстный роман?

У Вики ни разу не было бурного и страстного романа. Она встречалась когда-то с университетским профессором из Австралии. А лет десять назад родители пытались познакомить ее с архитектором из Бостона, но он ей не понравился. Вот и все.

— Соммерсет-Хэйсы не переживают бурных и страстных романов. Мы вступаем в брак с людьми, у которых соответствующее происхождение и респектабельная профессия.

— Ха, потрясающе! Как здорово, что я всего лишь Уилсон из Небраски. — Джина встала. — Боюсь, я не смогу тебе помочь найти образцового представителя нации. Я никого не знаю из тех, кто был бы связан с публикой, высадившейся с «Мэйфлауэр».

— И я тоже, — жалобно протянула Вики, постукивая карандашом по столу. — Может быть, надо обратиться в компьютерную службу знакомств?

Джина обернулась у двери.

— Тебе лучше обратиться к человеку, который составляет родословные. Или к детективу.

— Майами! — тоскливо воскликнул Барни. Стройная фигура в черном костюме опустилась в розово-серое кресло в офисе Лукаса Адамса, печальные темные глаза с укоризной глянули на Люка.

Люк снял голубую ветровку и кинул ее на бледно-розово-серую софу.

— Тебя тошнило от чикагской зимы, и тебе захотелось приехать в Майами. У нас интересная работа.

Люк обошел массивный дубовый письменный стол, который Барни поставил в дальнем конце офиса, и сел на черный модерновый стул. Он здорово ошибся, когда согласился, чтобы Барни взялся за интерьер офиса. Люку нужны были всего лишь письменный стол, телефон и пара шкафов для досье. А кончилось тем, что он получил безумную софу и в придачу к ней кресло, дубовые столы, серый пушистый ковер и кучу стеклянных полок.