Петронелла повернулась к Элинор и сказала:

— Как считаешь, он скоро вернется?

Элинор сидела задумавшись, взгляд был устремлен куда-то вдаль.

— Он поступил глупо: никто не отправляется в такое путешествие зимой.

— Почему же он не дождался лета?

— Тогда бы это было слишком легко. Ему нужны трудности, чтобы заслужить прощение грехов.

— А их много у него?

Элинор рассмеялась.

— Ему так казалось. Он одержим своими грехами, как наш дед.

— А ты совершала грехи?

Элинор пожала изящными плечиками.

— Я еще слишком молода, чтобы думать о грехах. Это когда приходит возраст, близкий к смерти, нужно заботиться о прощении грехов.

— Значит, нам нечего думать об их искуплении. Мы, сестрица, можем грешить от души.

— Чудесно!

— Все в замке тебя уважают, — говорит Петронелла с восхищением. — Мне кажется, тебя любят даже больше, чем отца! Но если он женится, у нас появится брат…

Элинор нахмурилась. Петронелла испуганно посмотрела на сестру и поспешила ее успокоить:

— Этого не будет. А если он женится, у него не будет сына.

— Это меня бесит! — воскликнула Элинор. — И что все носятся с мужчинами? Разве женщины не красивее, не тоньше и часто не умнее мужчин?

— Ты — да, ты умнее любого мужчины.

— Только потому, что мужчины участвуют в сражениях и сильнее физически, они считают себя выше, и дохлый сынок идет впереди хорошей дочери.

— У отца ни за что не будет сына, какой бы с тобой смог сравниться.

— И все же он отправился в это паломничество…

— Святые просто не станут его слушать! Они скажут ему: ты — неблагодарный. Господь даровал тебе Элинор, чего тебе еще надо?!

Элинор рассмеялась и послала сестре воздушный поцелуй:

— Хоть ты меня ценишь.