— Это он тебе все наговорил. Так все мужья-гуляки говорят. Она не понимает одного, сестренка: почему она должна оставаться верной женой, когда он путается с другими, сколько ему заблагорассудится. Я, кстати, это тоже не понимаю. Опять мы отвлеклись. Печально то, что ты не девственница, но не менее печально и то, что очень скоро ваше безумство в любви может принести плоды… Я поговорю с королем. Мы должны тебя немедленно выдать замуж.

— Если вы выдадите меня за другого, от Рауля я ни за что не откажусь.

— А если это будет Рауль?

Петронелла радостно забила в ладоши:

— Ах, если бы!

— Над этим надо подумать.

* * *

Королева приняла Рауля, графа Вермандуа, очень холодно.

— Я крайне недовольна.

— Надеюсь, не мной, ваше величество.

— Кем же еще! Я узнала о ваших отношениях с моей сестрой. Она мне призналась, что вы совратили ее. Что вы на это скажете?

— Что человек, ослепленный солнцем, ищет утешения у луны.

— Хватит этих метафор насчет солнца и луны. Я их наслушалась довольно. Вы хотите сказать, что раз не добились меня, то обратили свой взор на сестру?

Он склонил голову.

— Сестра не будет рада, если я передам ей ваши слова.

— Ваше великодушие и благоразумие не позволят вам сделать это.

— Никто и ничто не в силах помешать мне сделать, что я пожелаю.

— Вы — закон, а наша воля — повиноваться вам. Что вы повелеваете мне сделать, ваше величество? Только скажите, и я сделаю или умру, стараясь.

— Кое-что, не столь великое, как подвиги Геракла.

— Я сделаю это, лишь бы доказать вам свою преданность.

— Советую быть осторожней. Как-нибудь я могу задать вам задачу непосильную.

— Ничто мне так не тяжко, как быть возле вас и не иметь возможности любить вас.

— Вы говорите так, будто не собираетесь жениться на другой женщине.