любил другую Чтобы стать ее Другом, надо было влюбиться в нее; зато к влюбленным она проявляла необычайную предупредительность, чарующее внимание, бесконечную ласковость, чтобы сохранить возле себя тех, кого она покорила Тот, кто однажды был зачислен в свиту ее поклонников, принадлежал ей как бы по праву войны Она управляла ими с мудрым умением, сообразно с их недостатками, достоинствами и с характером их ревности Тех, кто предъявлял чрезмерные требования, она изгоняла, когда находила нужным, а после того, как они смирялись, вновь допускала их, поставив им суровые условия, и, как избалованная девочка, настолько тешилась этой игрой обольщения, что ей казалось одинаково упоительным сводить с ума стариков и кружить головы юношам.

Можно было бы даже сказать, что она сообразовывала свое расположение с внушенной ею любовью; толстяк Френель, бесполезный и неповоротливый статист, был одним из ее любимцев только потому, что она знала и чувствовала, какою неистовою страстью он одержим.

Она была не вполне равнодушна к мужскому обаянию; но она испытала лишь зачатки увлечений, известные ей одной и пресеченные в тот момент, когда они могли стать опасными.

Каждый новичок привносил своим любовным славословием новую нотку, а также неведомую сущность своей души - особенно люди искусства, в которых она чуяла более яркие и тонкие оттенки, изысканность и изощренность чувств, порою пробуждавшие в ней мечту о великих страстях и продолжительных связях Но, находясь всегда во власти страха и осторожности, нерешительная, колеблющаяся, недоверчивая, она всегда сдерживала себя, пока наконец поклонник не переставал ее волновать Кроме того, она, как дочь своего времени, была наделена тем скептическим взглядом, который быстро совлекает ореол даже с самых великих людей Как только они влюблялись в нее и в сердечном смятении утрачивали горделивую осанку и величественную манеру держать себя, они начинали казаться ей одинаковыми - жалкими созданиями, над которыми она властвует силою своего обаяния.