Тай Сандерс был в ярости.

Вот уже две недели ковбой питался черт знает чем, мылся и брился кое-как и ложем ему служили камни и песок пустыни. Удобная постель, ничего не скажешь! С тex пор как он пересек границу, у него крали лошадь дважды, приходилось покупать новую по цене, от которой он скрипел зубами. Иногда Тай сутки проводил в седле, ягодицы у него болели; большой палец на руке гноился — он занозил его шипом кактуса.

В довершение ко всем пакостям он не знал, где, черт его дери, находится. Карта, которую он захватил с собой, оказалась чудовищно неточной и, стало быть, бесполезной. Тай знал лишь одно: вот уже две недели, как он в Мексике. Пора найти хоть одну действующую железную дорогу.

Раздраженно теребя поля шляпы, он ехал верхом по самой середине пыльной улицы, которая разделяла жалкий маленький городишко на две залитые солнцем половины. Не было никакого признака железнодорожного вокзала. Кое-где мелькают люди, к счастью, не облаченные в мундиры. Можно надеяться, что стычки, вспыхнувшие на части мексиканской территории, этих мест пока не затронули. По мнению Тая, мексиканцы прямо созданы, чтобы убивать друг друга, а иначе им чего-то не хватает для полного счастья.

Он добрался до так называемого центра города, который представлял собой заросшую сорняками площадку возле церкви, что достойно украсила бы собой и город в десяток раз больший. Два старика дремали на скамейке под единственным деревом, росшим между этим местом и низкой цепочкой коричневых холмов.