Пастор Мэттью, заступивший на кафедру после смерти отца Люка, усердно натаскивал парня, уверенный, что природа на детях не отдыхает и из Люка получится настоящий сын своего отца.
Но, как все яснее становилось самому Люку, он скорее внук своего деда и сын своей матери.
Итак, после беседы с Джулией Люк Ричард пребывал в некотором возбуждении, ожидая вестей от нее.
Обрезав кусты и прокрутив в голове основные тезисы предполагаемой проповеди, он вернулся в дом и решил проверить электронную почту.
Наконец письмо от Джулии пришло. Для Люка оно было зовом из другого мира, в который он стремился всей душой, не признаваясь себе в этом и боясь признаться.
Внезапно Люку показалось, что если бы у этого письма был цвет, то оно наверняка было бы красным. Потому что этот призыв из желанного мира возбудил его не менее сильно, чем мысли о красном белье Тильды.
«Люк, дорогой, — читал он на экране компьютера письмо от Джулии. — Прости за грубость, но твой дед меня достал. Он в который раз напоминает мне, что я обещала тебе подарок на день рождения и до сих пор его не сделала. Так вот, я делаю его тебе, и попробуй не принять его! Я дарю тебе тур в Лондон, тебя принимает фирма „Гринвич“. Твой экскурсовод Кэрри Холт. Сентябрь, с двадцатого по двадцать восьмое. Целую, полубабушка Джулия».
Люк засмеялся. Джулия верна себе. Всегда что-нибудь выкинет.
А дальше шла приписка от Джорджа. «Запомни: ее зовут Кэрри Холт. Отведи ее в паб в Сохо. Одно условие: не говори ей, что ты наш внук. Желаю успеха! Дед».
Люк засмеялся. Впрочем, почему бы не съездить в Лондон? Он давно собирался.