– Это и не удивительно. – Эдуард шутливо растрепал волосы сестры. – Если бы ты знала, через что мне пришлось пройти за последние несколько дней. И… ночей. – Он поднялся на ноги. – Надеюсь, вы извините меня, я, пожалуй, пойду вздремну немного.

На следующее утро Эдуард снова был самим собой, энергия била в нем ключом. Восемь часов непрерывного сна сделали с ним чудеса, он точно возродился, кисло думала Элен. Сама она чувствовала, как ее силы истощаются с каждым днем, и ей все труднее становилось играть роль счастливой супруги.

Теперь, когда праздники остались позади и Элен снова вернулась в Лос-Анджелес подальше от ничего не подозревающих глаз мамы и родственников Эдуарда, она должна собраться с духом для предстоящего решительного разговора. Дальше откладывать невозможно. Будущее сулило ей мало радости, но задуманное следовало осуществить, иначе она погибнет.

С каждым днем Элен чувствовала, как на сердце становится все тоскливее, росло сознание утраты, разлуки с человеком, которого – она была уверена – будет любить всегда. Но пора положить конец этому, думала она, подкалывая свои заметки к пространному отчету, присланному из одного из бесчисленных филиалов фирмы, которые Эдуард обычно передавал ей на просмотр. Элен обречена любить и знать, что ее любовь никогда не найдет ответа. Эта мысль повергала ее в отчаяние, лишала воли к действию. Если бы Эдуард снова попытался ее соблазнить или повторил предложение стать настоящими супругами, у нее хватило бы духа снова сказать «нет», и это придало бы ей сил. Но он тщательно избегал разговоров на тему их взаимоотношений.

Женщина распрямила плечи и устало обвела взглядом кабинет. Ее шеф, как всегда, сидел, уйдя с головой в очередной отчет. Время от времени он принимался что-то быстро писать на полях. С тех пор как они вернулись из Мертона, он безвылазно сидел дома. Они оба не покидали квартиры, а все необходимые покупки делала женщина, которая приходила три раза в неделю помогать по хозяйству.