Его сердце зашлось от внезапной нежности при воспоминании о темноволосой крохе с карими глазами – глазами своего отца, едва дожившего до тридцатилетия.

– Решайся, – настаивал Вито. – Ты сделаешь это для меня и твоей умершей матери.

Марк закрыл глаза. Воспоминания о матери всегда вызывали в нем чувство вины. Он отчетливо помнил, как в тот день она улыбалась и махала ему на шумной, заполненной машинами улице Рима…

Если бы в тот день он, не поддавшись на уговоры отца, позвонил и по телефону сообщил ей причину своего опоздания, все было бы иначе. Но отец взял с него клятву.

Вскоре после смерти матери погиб Андре, и Марку стало казаться, что отец страдал бы гораздо меньше, если бы смерть забрала его, Марка, а не любимчика семьи.

Мужчина выдохнул, расцепил пальцы.

– Я посмотрю, что можно сделать…

– Благодарю, – в голосе отца безошибочно угадывалось облегчение.

Марк знал, что дни отца на этом свете сочтены и единственная внучка станет для него настоящим подарком.

– Она может отказаться от встречи со мной, – предупредил Марк. – Допускаешь такую возможность?

– Сделай все возможное, заставь, обмани. Это лишь деловое соглашение. Таких женщин, как Надя Селборн, интересуют лишь деньги.

Что же это за женщины такие, готовые торговать своими детьми?

Он положил трубку и снова повернул кресло к окну. Его темные глаза сощурились от слепящего солнца.

Пришла пора навестить женщину, виновную в безвременной кончине брата.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Нина только покормила и уложила Джорджию, как снова раздался звонок в дверь. Окинув маленькую, аккуратную комнату быстрым взглядом, все ли на месте, она прошла по старому вытертому ковру к двери. Интересно, что еще понадобилось соседке? Эллис Типпен уже одолжила пакет молока и половину упаковки бисквитных пирожных.