— Есть здесь кто-нибудь? — срывающимся голосом снова воскликнула Брианна и принялась лихорадочно отряхивать снег с одежды, насквозь промокшей и прилипшей к ее озябшему телу.

На стойке рецепшн белел приклеенный кусочек бумаги, на котором было написано следующее:

«Номер для молодоженов готов их принять. Добро пожаловать!»

И хотя формально она и не относилась к молодоженам, однако номер предназначался именно ей, поскольку был оплачен кредитной карточкой мерзавца Дина. Не медля ни секунды, Брианна подхватила с пола сумку, содержание которой составляли игривый пеньюар, кокетливое неглиже и косметичка, и устремилась к деревянной лестнице, ступеньки которой освещались разноцветными лампочками, искусно встроенными в вазоны с декоративными растениями. Интимный полумрак придавал интерьеру особый шарм, свойственный трактирам Дикого Запада — сурового края свирепых индейцев, отважных ковбоев, дерзких грабителей и бесстрашных шерифов, о которых сложено немало песен в стиле вестерн.

Но почему-то именно сейчас Брианне было не до романтики. Тишина, царившая в пансионате, наводила на мысль, что все его обитатели таинственным образом исчезли. Уж не совершено ли здесь какое-то кровавое преступление? Кожа Брианны покрылась мурашками. Перспектива провести ночь одной в пустом уединенном доме совершенно се не прельщала.

— Эй, люди! Есть здесь кто-нибудь живой? — пропищала она.

«Вой, вой, вой!» — отозвалось глумливое эхо.

И, словно вторя ему, за окнами тоскливо завыла стая койотов, тревожно зашумели сосны, раскачиваемые ветром, глухо ухнул филин и что-то зловеще треснуло. Сердце Брианны ушло в пятки.