Диего крепче прижал Люси к себе, обхватив за талию. Руки девушки невольно обвились вокруг его шеи, и он издал какой-то гортанный стон.

Потом рука Диего скользнула с талии вверх, и он обхватил ладонью ее грудь.

Люси едва устояла на ногах от блаженного ощущения, ее охватило трепетное ожидание чего-то большего.

Пока ей не вспомнились слова Питера.

— Нет, — решительно сказала она, отталкивая руку Диего. — Ты не должен делать такие вещи.

Она проскользнула между ним и стволом дерева, готовая к сопротивлению, но тут увидела ошеломленное выражение на его лице.

Диего довольно долго смотрел на нее.

— Diosmio… прости меня…я не имел намерения… — пробормотал он, в смятении взъерошив волосы. — Я совсем потерял разум.

Люси обхватила себя руками, стараясь не вспоминать о мгновении блаженства, когда его рука ласкала ее сквозь ткань платья.

— О чем ты думал?

— Думал! Ты действительно считаешь, что минуту назад я мог о чем-то думать? — Попятившись от нее, Диего вполголоса пробормотал какие-то испанские ругательства. — Мой необузданный темперамент одержал надо мной верх, и я… совершил ошибку.

Значит, она была ошибкой? Почему она всегда бывает ошибкой? Рассерженная и обиженная, Люси наклонилась, чтобы поднять с земли свой блокнот.

— Ты ничуть не лучше Питера. Вы оба считаете, что я гожусь только для того, чтобы приятно провести время.

Люси собиралась уйти, но Диего преградил ей путь. Глаза его сверкали.

— Я не думаю ничего подобного. Мое поведение не имеет к тебе отношения.

Люси горько рассмеялась:

— А-а, понимаю. Для твоих целей подошла бы любая женщина.