— Надеюсь, больше этого не произойдет.

— Почему? Неужели все было так ужасно, что тебе не хочется повторить еще разок? — спросил Диего, прищурившись. Судя по тону, он был задет ее словами.

Это было просто смешно. Ведь женщины повсюду с ума по нему сходили. А тут…

— Понравилось ли это мне, не имеет значения. Но если кто-нибудь увидит…

— Ты потеряешь свою должность учительницы.

— Это меня не беспокоит. Я работаю временно. — Люси вздернула подбородок. — Но люди начнут сплетничать. А это мне небезразлично.

— Ты имеешь в виду, — сказал Диего с сарказмом в голосе, — что не хочешь, чтобы Питер узнал, что ты позволила мне поцеловать тебя в роще?

— Я не хочу, чтобы хоть один человек узнал об этом. Это погубило бы мою репутацию.

Он пробормотал что-то нечленораздельное, но возражать не стал.

— Ты, несомненно, понимаешь, почему я не хочу, чтобы мое имя запачкали грязью из-за глупого опрометчивого поступка. Я не богатая наследница, но приданое у меня приличное. Как только миссис Харрис найдет учительницу на это место, я присоединюсь к папе и мачехе в Лондоне, чтобы провести вместе с ними сезон, и в конце концов какой-нибудь респектабельный джентльмен сделает мне предложение…

— Я уверен, так и будет, — напряженно сказал Диего, не пряча глаза. Заметив это, Люси подумала, что, может быть, ему неприятна мысль о том, что она выйдет замуж за другого. Нет, едва ли. Наверное, его просто раздражает, что она скоро станет для него недосягаемой.

— Теперь ты понимаешь, почему не должен больше целовать меня?

— Разумеется, — твердо заявил он.

Люси почувствовала раздражение. Что ему стоило хотя бы попробовать разубедить ее?

— Ты должен также понять, почему тебе было бы лучше попросить кого-нибудь другого показать тебе школу.

На этот раз его реакция понравилась Люси.

— Это еще зачем? Я согласился не целовать тебя. Поверь, если я захочу, то вполне способен держать в узде свою похоть, carino.