Чем больше он сердился, тем отчетливее в его речи слышалось грассирующее шотландское произношение. По его мнению, женщина, которая закончила колледж Софии Смит в возрасте двадцати лет, а затем получила степени по английскому языку, истории и социологии, не должна мыть палубу. И хотя Сирина уверяла отца, что она не собирается ничего мыть, мать, посмеиваясь, упрашивала его позволить ребенку заняться любимым делом. И поскольку, даже имея рост шесть футов и вес свыше ста двадцати фунтов, Дэниел МакГрегор был совершенно беспомощен против тех, кого он называл «мои девочки», то он сдался.

Так Сирина получила эту работу и покончила с тем, что было для нее бесконечными годами учебы. Она сменила трехкомнатные апартаменты в родительском особняке в Хаянис Порте на комнатенку размером с платяной шкаф и койкой в плавучем отеле. Никто из сослуживцев не интересовался ее коэффициентом IQ и количеством заработанных степеней.

Они не знали, что ее отец мог из прихоти целиком купить компанию, занимающуюся круизами, а мать была крупнейшим специалистом в области хирургии. Они не догадывались, что старший брат был сенатором, а младший – прокурором штата. Когда они смотрели на нее, то видели просто Сирину. Именно этого она и хотела.

Подняв голову, Сирина позволила ветру растрепать ее волосы. Легкий бриз запутался в массе светлых волос с тем глубоким золотым отливом, который можно найти только на старинных картинах. У Сирины были высокие скулы и заостренный упрямый подбородок. Ее кожа не воспринимала загар, оставаясь нежно-персиковой, и создавала разительный контраст с фиолетово-синими глазами. Отец называл их фиолетовыми, а некоторые романтики – фиалковыми. Но Сирина упрямо называла их синими. Мужчин сначала привлекал необычный цвет ее глаз, а затем она сама из-за природной элегантной сексуальности. Правда, сама она мало интересовалась мужчинами.

Сирина считала, что мужчина, влюбляющийся из-за цвета радужной оболочки, немного глуповат.