— Это она вам так сказала? — Его глаза сузились.

— Мне было всего шестнадцать, когда она умерла. Я была еще слишком мала, чтобы обсуждать с ней ее интимную жизнь, — сказала Сара.

— Но если она что-нибудь говорила вам, вы должны были понять, что все было не совсем так.

— Аманда не любила вас…

— Нет, но она меня хотела, — отрезал он. Его глаза стали холодными, отчего Саре стало как-то не по себе.

— Вы не должны были идти у нее на поводу! — возмущенно воскликнула она. — Ей было всего восемнадцать, Гаррет, восемнадцать.

Он вздохнул, засунув руки в карманы брюк.

— Жаль, что я не могу объяснить вам свою женитьбу на Аманде…

— Я не желаю ничего знать о вашей женитьбе, — заявила она возбужденно. — Достаточно, что это произошло!

— Сара…

— Не прикасайтесь ко мне! — строго сказала она. — Пожелайте моему отцу и Джейсону спокойной ночи и уходите. Когда вы завтра придете за Джейсоном, я постараюсь, чтобы меня не было дома.

И она быстро побежала к коттеджу.

Сара хотела сразу же пройти в свою спальню, но остановилась, подумав, что отцу и Джейсону может показаться странным ее столь быстрое исчезновение после прогулки с Гарретом. Поэтому, передернув плечами, она прошла к ним в гостиную.

Когда она вошла в комнату, они все еще играли в шахматы, и она с удовольствием в течение нескольких минут наблюдала за ними, забывшими обо всем на свете, склонившимися над шахматной доской. Они были настолько увлечены игрой, что довольно долго не замечали ее.

Не имеет значения, какой душевной мукой обернулась для нее эта прогулка с Гарретом. В конце концов, когда он уедет в Америку, в памяти у ее отца останутся дни, проведенные с внуком, и это скрасит его дальнейшую жизнь. Только ее личные воспоминания об этом визите будут не такими уж радужными еще и потому, что невозможно повторить эти замечательные минуты.