Банни пошел обратно к «форду». Я последовал за ним, сперва оглядев пустую улицу. Мешок он держал обеими руками, и я впервые подумал о том, сколько же нам досталось. Мешок весом в пятьдесят фунтов, в котором не меньше трети сотенными купюрами и остальное – банкноты по двадцать долларов, Всего может быть четверть миллиона.
Если только удастся уйти.
«Олдсмобиль» мы оставим здесь. Банки включил двигатель «форда», развернулся и медленно поехал на юг. Названия улиц в этом районе были индейскими – Папаго, Пима, Кокопа, Мохаве, Апачи – однако жили здесь мексиканцы. Деревья, закрывавшие тротуары тенью, были пышными, ветвистыми. Дома тесно прижимались друг к другу – маленькие, выгоревшие от солнца, похожие на сараи. Дворы, выходящие на улицу, заросли пожухлыми сорняками.
Банни повернул «форд» на улицу Дюранго и остановился на противоположной от темно-синего «доджа» стороне улицы.
Он затянул ручной тормоз, и я наконец с облегчением вздохнул.
– А теперь слушай, – сказал я. – Наши планы меняются, Банни. Мне придется остаться в городе. Я не могу двигаться. Так что мы не поедем в охотничий домик в каньоне. – Теперь, когда парень погиб, а мне пуля продырявила плечо, нужно было импровизировать. Я сунул руку в мешок, лежащий на полу у моих ног, и покопался среди пачек денег. Первые три пачки оказались стодолларовыми банкнотами – пятнадцать тысяч, небрежно зажатых в ладони. Я бросил две пачки обратно в мешок, нашел две пачки двадцаток и сунул все три пачки в боковой карман пиджака. – Здесь мы расстанемся, дружище, – продолжал я. – Ты поедешь в «додже». Найди дешевый мотель и не забудь смыть желтую краску со своей шевелюры. Послезавтра отправляйся на запад. Избегай шоссе 80 и 66. Поезжай по 70-му, через Росуэлл, Плейнвью и так далее. Возьми с собой мешок. Найди небольшой город на побережье Флориды. Когда устроишься там, посылай мне по тысяче долларов сотенными бумажками, потрепанными. На имя, – я постарался вспомнить одно из моих имен, еще неизвестных полиции, – Эрла Дрейка, до востребования, почтовое отделение, Феникс, Аризона. Записал? Ну хорошо, отправляйся. Как только у меня заживет рана – сразу приеду.