— Да, я с вами согласна.

— Вы не уроните себя ни в чьем мнении, попросив помощи в подобных обстоятельствах.

— Все мне об этом говорят.

— И они правы! Нам нужен специалист, чтобы исследовать эти кости, Рэнди. Назовите мне имя, и я сам свяжусь с ним, — предложил Шеппард.

Ответом ему было продолжительное молчание.

— Нет, это моя работа, — наконец заговорила Миранда. — Я сделаю все необходимое, Питер. Не беспокойтесь.

Однако после ухода Шеппарда она не взялась за телефон, а долго в задумчивости листала протоколы, взвешивая все собранные за время следствия крупицы информации о Керри Ингрэм и Адаме Рамсее. Усилием воли Миранда сосредоточила все свое внимание, чтобы отыскать хоть какую-то не замеченную ранее улику, хоть одно доказательство, что это вполне ординарное преступление, совершенное, например, в приступе гнева или по какой-нибудь другой, пусть зловещей, но доступной человеческому пониманию причине.

Но сколько бы она ни штудировала записи, ни изучала фотографии изувеченной девочки или остаток скелета парня, медицинские отчеты, опросы родственников и знакомых погибших, занесенные в протокол сведения о передвижениях двух подростков по городу и в его окрестностях в последние недели перед исчезновением, не важно, сколько раз она заставляла себя углубиться вновь в читанные и перечитанные неоднократно страницы, неотвратимые, неизменные свидетельства вставали преградой для любой разумной версии.

Обескровленное тело Керри Ингрэм.

Недостающие кости в скелете Адама Рамсея.

Путаница с определением возраста найденных ими человеческих останков.