Вскоре после того, как они снова заняли свои места, ребенок лет трех начал бегать по проходу, а затем громко плакать и, всхлипывая, звать своего папу.

Возможно, отец ребенка спал и даже не подозревал, что его отпрыск на грани истерики. Сара уже готова была прийти на помощь, но Нил опередил ее. Подняв ребенка на руки, он пошел по проходу, шепча ему что-то на ухо.

Глядя Нилу вслед, Сара подумала, что наверняка он давно женат и у него есть дети.

Возле кабины пилота Нил вернул малыша родителям.

– Вы действовали со знанием дела, – с легкой улыбкой встретила его Сара.

– У меня племянник того же возраста. – И Нил добавил:

– Детям нельзя разлучаться с родителями, такого рода расставания для маленького ребенка – настоящий стресс. Да, журналистика и семейная жизнь явно несовместимы.

– Пожалуй, – согласилась Сара и подумала, уж не предупреждение ли это. Если так, то не слишком ли он самоуверен?

Однако Нил, несомненно, был одним из тех мужчин, о которых ей говорила Наоми. Может, неудачный опыт заставил его сделать такие выводы?

Во время чая показывали фильм. Заметив, что ее соседка-непалка прильнула к окну, загородив его собой, Сара поняла, что они приближаются к Непалу. И огорчилась, что ничего не увидит. Впрочем, кто имеет больше права смотреть на прекрасные виды гор, чем возвращающийся домой непалец?

Нил дотронулся до руки непалки и заговорил с ней, после чего женщина откинулась назад, и им открылись снежные вершины Гималаев, сверкающие на полуденном солнце.

Наконец вид далеких хребтов сменился зелеными холмами долины Катманду. Сара почувствовала, что радость встречи с членами ее туристской группы будет омрачена расставанием с новым знакомым.

Нил подозревал, что Сара не спала всю дорогу, но все же спросил:

– Сегодня вы, наверное, сильно устали, но как смотрите на то, чтобы нам встретиться завтра вечером?

– Я не против, но могут возникнуть кое-какие трудности. А если я позвоню вам завтра утром?