– Минди останется со мной. Ей не нужны временные, а тем более безответственные друзья!

Убедить Рэнда в серьезности своих намерений казалось Тори делом безнадежным, но она все же попыталась это сделать:

– Рэнд, я не отступлюсь и буду общаться с Минди, несмотря на твои возражения. Да, я не видела ее больше года, но отказаться от дочери не могу и не собираюсь! Тебе придется с этим смириться. В противном случае нанимай адвоката и начинай судебный процесс. Но мне кажется, я предлагаю вполне разумное и приемлемое для нас обоих решение. Поверь мне, никаких планов нового, как ты выражаешься, «бегства» у меня нет и не будет!

На минуту воцарилось молчание, которое еще больше накалило и без того напряженную атмосферу. Первым нарушил его Рэнд, грубо произнеся:

– Ты бросила ее! О чем еще можно говорить?!

– Не бросила, а доверила тебе! – парировала Тори. – Потому что понимала, что с Дороти ей будет лучше.

– Ах вот как! А кто же виноват, что ты не сумела стать хорошей матерью?

– Виновата я, и не отрицаю этого. Но сейчас все изменилось, и я настаиваю на том, чтобы ты предоставил мне возможность видеться с Минди. Что же касается психического здоровья девочки, то наибольший ущерб ему могут нанести как раз судебные разбирательства, если мы с тобой их затеем.

– Черт бы побрал тебя с твоими стальными нервами, самонадеянностью и внезапным чувством безудержной материнской любви! – проскрежетал Рэнд. – Но здесь ты этим ничего не добьешься. И запомни раз и навсегда: я не позволю тебе издеваться над ребенком! Ради этого я пойду на все, включая суд, если ты на него решишься. Никаких встреч с Минди у тебя больше не будет, во всяком случае до тех пор, пока девочка не закончит колледж и не станет самостоятельной.

– Хотела бы я послушать, как ты будешь объяснять свои поступки взрослой девушке и какими словами поведаешь дочери, почему лишил ее материнской заботы!