– Но мне не нужна комната. Мне нужна лошадь. Я должен сегодня же вернуться в Лондон. Но из-за хозяина конюшни не могу этого сделать.

– Я с ним поговорю, сэр, не сомневайтесь. Вы получите лошадь при первой же возможности. А пока…

– Мне нужна лошадь, – стоял на своем Дэвид.

– Единственное, что я могу предложить вам, сэр, так это дилижанс до Лондона. Он только что прибыл и скоро отправится.

Дэвид готов был наброситься на хозяина, хотел сказать, что только фермеры ездят на дилижансах, но сдержался, видя, что владелец гостиницы смотрит на него с явным презрением. Тут Дэвид понял, что ведет себя словно капризный ребенок.

Если он поедет на дилижансе, попадет в Лондон сегодня, если останется здесь на ночь, приедет в Лондон завтра. К тому же ему придется воспользоваться неизвестной парой лошадей, и неизвестно, когда он доберется до Лондона, а ему надо договориться о деловых встречах.

Дэвид кивнул:

– Место в дилижансе.

Хозяин гостиницы поклонился:

– Я позабочусь об этом.

Дэвид потянулся за кошельком.

– Будьте любезны, проследите, чтобы погрузили мой багаж. А за лошадьми я пришлю человека через пару дней. Пусть о них позаботятся.

Мужчина взял деньги, которые щедро отсчитал Дэвид, поклонился и поспешил прочь.

Дэвид глубоко вздохнул, расправил плечи и постарался успокоиться. Вообще-то он не возражал бы против задержки. Бар, может, девушка за стойкой или две утешили бы его. Он привык расслабляться в пабах и гостиницах, и искушение сделать это было велико.

Но он дал слово. Было бы неприятно нарушить его по прошествии всего шести часов.

Дэвид отвернулся от бара, выбираясь через низкую дверь на полуденное солнце. Конюхи меняли лошадей, пока слуги сбрасывали чемоданы и сумки с крыши экипажа и охраняли те, которые уже были внизу. Пассажиры, разгоряченные и запыленные, проходили мимо Дэвида: кто в бар, желая выпить чего-нибудь, кто в тень, чтобы размяться.