— Маргарита писала о Джеке Кингсли?

— Причем много.

Джеки затрепетала при мысли о том, что существует еще один источник информации о ее легендарном родственнике. О человеке, в честь которого она получила свое имя. Ведь это не какие-то там устные предания, обраставшие со временем массой дополнительных подробностей, а истина из первых уст. Каким он был на самом деле? Героем и храбрецом, как уверял первый помощник капитана? Или обаятельным лицемером, как и многие другие мужчины их рода, включая ее отца?

— Мне нужно знать одно, — сказал Эйдриан. — Что конкретно сказал помощник капитана о пороховнице?

Джеки колебалась. Слишком уж она привыкла избегать любых разговоров о письме, чтобы теперь заставить себя заговорить о нем. Но Эйдриан со своими родственниками как потомки Маргариты были причастны к этой истории и имели право все знать. К тому же у них имелись ответы на вопросы, которые всю жизнь волновали Джеки.

— Он… э-э… по его словам, Джек собирался передать сокровище Эндрю, своему сыну, чтобы тот, глядя на него, помнил о том, что человек в первую очередь должен беречь свое доброе имя, а не искать легкой добычи.

— Однако нам нужны подробности. — Эйдриан наклонился к Джеки поближе. Его лицо приняло решительное выражение. — В телефонном разговоре ты сказала Скотту, что в письмах ясно сказано: «сокровище» — это пороховница, которую Лафит подарил деду Кингсли.

— Верно.

— Прекрасно. — Напряжение Эйдриана заметно уменьшилось. — Именно это нам нужно было знать, чтобы обратиться с ходатайством в историческую комиссию.

При одном упоминании о государственном учреждении, которое истово ненавидело «мусорщиков», таких, как она и ее отец, Джеки уж было хотела прервать разговор и уйти, но соблазн узнать побольше о Джеке Кингсли удержал ее на месте.