– Он женат? – спросила Амелия.

– Не знаю, об этом как-то речи не было.

– Надеюсь, что нет. – Амелия снова бросила взгляд на объект их разговора. – Он достаточно смел, если не побоялся встретиться лицом к лицу с бывшими врагами на их территории.

– И я позволю себе предположить, что под килтом у него скрыт отнюдь не сухостой, —добавила Венеция.

Амелия искоса глянула на приятельницу:

– Ты, я вижу, прочитала очередную книжонку о жизни в гаремах.

– В таких книжках полно любопытнейших сведений. – Венеция понизила голос до шепота. – Как ты думаешь, имеется ли у майора «шпага», к которой могли бы благоговейно прикоснуться чьи-то губы?

– Даже я не настолько бесстыдна, чтобы размышлять о «шпаге» майора.

Венеция хихикнула:

– Твоя мачеха была бы счастлива услышать это.

– Бог свидетель, бедняжка Долли частенько приходит от меня в отчаяние. Покойный супруг имел обыкновение таскать ее за собой по всему свету, а она этого терпеть не могла и не в состоянии понять, с чего это я так стремлюсь к путешествиям.

Амелия снова посмотрела на майора. Довелось ли ему принимать участие в известных в свое время чуть ли не на весь мир сражениях американских моряков с жестокими пиратами-берберами или он слишком молод для этого? Может, попытаться устроить так, чтобы майора представили ей, и спросить у него самого?

Лорд Кирквуд повернул голову в ее сторону, потом что-то сказал своему кузену. На этот раз американец тоже взглянул на нее, и Амелия одарила его приветливой улыбкой.

Он не улыбнулся в ответ. Его прищуренные глаза уставились на Амелию с какой-то хищной напряженностью, потом с неприличной вольностью пробежались сверху донизу по ее желтому, с красными оборками в восточном стиле платью из китайского шелка. К тому моменту когда эти глаза вновь остановились на ее лице, щеки ее пылали жарким румянцем.