Значит, Питер, бывший муж, обманул ее! Когда он появился в больничной палате и со слезами на глазах сказал, что Тони по вине Жаклин погиб в автомобильной катастрофе, он лгал! После этого она тоже хотела умереть, уйти вслед за сыном, которого любила больше всего на свете. Лишив ее сына, Питер обрек ее на шесть долгих лет скорби и отчаяния. Как он мог так поступить? Невероятно! И все же она понимала, что это вполне в его характере. Слишком хорошо Жаклин знала своего бывшего мужа. Он отнял у нее Тони не из любви к мальчику, он не хотел, чтобы тот остался с матерью. Разве можно простить такое? Никогда!.. Жаклин подняла глаза и вдруг поняла: здесь что-то не так…

— Питер передумал? Почему? — резко спросила она, с подозрением глядя на Роджера.

— Передумал? — удивился тот.

— Шесть лет назад он сказал мне, что Тони погиб. Теперь вдруг присылает тебя и просит сообщить, что он жив. Должна же быть какая-то причина! Хочет помучить? Повернуть нож в ране? Я знаю, что он садист, но не до такой же степени!

— Меня никто не присылал, да Питер и не мог этого сделать. Он погиб в авиакатастрофе полгода назад. — От этой новости у Жаклин закружилась голова. — Незачем изображать такое изумление. Я же писал тебе о его гибели.

Жаклин поняла, как все получилось, вспомнив, что на столе у нее валяются письма, которые она так и не удосужилась прочитать. В течение нескольких месяцев ее здесь не было, а вернувшись недавно домой, она никак не могла заставить себя просмотреть накопившуюся почту.

— Не читала я твоего письма. Меня долго не было в Швеции. Письмо, наверно, лежит на моем столе… Расскажи лучше о Тони… Где он?

— Живет у меня, — ровным голосом сообщил Роджер. — Питер в завещании назначил меня его опекуном.

Значит, бывший муж и после смерти распорядился по-своему, нанес ей еще один сокрушительный удар. Такая подлость потрясла Жаклин.

— Но Тони мой сын! Я его мать! У меня все права. Он должен был отдать его мне!.. — задыхаясь, уже кричала она.