— А я думала, у нас сегодня выходной.

— Нет. Не выходной. Я бы хотел, чтобы ты связалась с бухгалтерией и затребовала у них годовой отчет. Мне надо изучить его.

Натали знала, что Сэм потребует отчет, и заранее получила его. Она небрежным жестом взяла его со своего стола и протянула Сэму. У него от удивления брови полезли вверх. Такой проницательности он явно не ожидал. Если он и собирался сказать что-нибудь язвительное, то не успел, так как именно в этот момент дверь офиса отворилась и появился Джонни Линклэйтер. Его глаза были скрыты за зеркальными очками, а на лбу небрежно лежала непокорная прядь золотистых волос. Он, вероятно, потратил не менее получаса, чтоб достичь столь точной иллюзии небрежности. Его успех во многом зависел от имиджа, и в этом вопросе он ничего не пускал на самотек.

— Где я? — Джонни мелодраматично закатил глаза. — Скажите мне, умоляю вас, где я? Я жив или мертв? Я еще существую, живой среди живых, или я уже лишь тень, скользящая по стенам домов, некогда населенных людьми?

Он сделал несколько шагов и бухнулся в одно из кресел.

— Сейчас принесу кофе, — сказала Натали, прекрасно понимая, в каком он состоянии после вчерашней пьянки.

— Ты читаешь мои мысли? Откуда у тебя этот дар, ангел ты мой? — воскликнул Джонни.

Он появился как раз вовремя и спас Натали от необходимости дальнейшего общения с Сэмом, которое не предвещало ничего хорошего. И в этом была ее ошибка. Она сама предоставила Сэму пищу для размышлений, и он, конечно же, будет размышлять и придет к каким-то своим выводам.

Минутой позже она вернулась с кофе и увидела Джонни лениво развалившимся в кресле, с ногами, покоящимися на рабочем столе Сэма. У него были ковбойские кожаные сапоги с серебряными пряжками, узкие черные кожаные брюки, черный кожаный жилет. Он всегда был готов к тому, что какой-нибудь фотограф неожиданно сфотографирует его или на него налетит неизвестно откуда взявшаяся толпа поклонниц — как правило, подростков женского пола вдвое моложе своего кумира. Находясь среди молодежи, он и сам чувствовал себя моложе.