– Думаю, нам пора распрощаться, – холодно и решительно сказал он. – Можете сообщить своим партнерам, почему ваша фирма потеряла клиента. И если у них есть хоть капля здравого смысла, они избавятся от вас.

Делия хотела огрызнуться, но увидела полное мольбы лицо Майка и прикусила язык. Если сын готов подчиниться отцовскому решению, спор теряет смысл, хотя она уверена, что Уолтмен-старший совершает большую ошибку. Молодая женщина поднялась, взяла сумочку и пошла к выходу, сопровождаемая хозяевами.

Она не обязана была сохранять вежливость и сгорала от желания выложить этому Барри в лицо, что его предубеждение наносит ущерб интересам сына. Тем не менее, дойдя до двери, она протянула руку отцу несостоявшегося клиента и постаралась улыбнуться.

– До свидания, мистер Уолтмен. Мне очень жаль, что вы так относитесь к своему сыну и ко мне.

– До свидания, – пожал он руку Делии. От прикосновения его ладони по венам заструилось пламя. Несмотря на враждебный тон, этот человек оставался чрезвычайно привлекательным мужчиной, и их рукопожатие затянулось.

Когда Делия поспешно отняла руку, он самоуверенно улыбнулся, вероятно решив, что не напрасно заподозрил так называемого адвоката в легкомыслии. Впрочем, все это могло быть лишь плодом ее воображения.

– Майк должен был предвидеть, как я отнесусь к его выбору, – проворчал Уолтмен. – Из-за его недальновидности вы даром потратили время. До свидания, Бейсингер.

Делия участливо посмотрела на юношу, которому, как ей казалось, искренне понравилась.

– До свидания, Майк, – улыбнулась она и пошла к машине, чувствуя, что Барри Уолтмен впился взглядом ей в спину.

Оказавшись в кабине серо-голубого «форда», она глубоко вздохнула, включила зажигание и сорвалась с места так, что из-под колес полетел гравий. Когда машина подъехала к черным с позолотой чугунным воротам, те автоматически открылись, и Делия невольно задумалась: что заставило этого человека превратить свой особняк в неприступную крепость?