Алиса говорила с таким жаром, с такой убедительностью, что Каркуша не нашлась с ответом. Она просто стояла, потупив взгляд, пытаясь осмыслить услышанное.

Неужели эта уверенная в себе девушка говорит правду и у нее, у Кати, и в самом деле столько поклонников?! Тогда, конечно, Алиса права. Надо обязательно поговорить с ними, объяснить причины, по которым она не сможет вернуться на шоу… А почему, собственно говоря, не сможет? И что это за причины такие? Что конкретно она скажет людям, которые, если верить Алисе, жаждут ее возвращения?

– Но я не готова… – сопротивляясь из последних сил, промямлила Катя. – Не одета, не причесана и вообще…

– Это мы быстро исправим, – улыбнулась Алиса. – Пойдем, ты мне покажешь свой гардероб!

Через пятнадцать минут Каркуша при полном параде сидела в кресле. Напротив нее был установлен экран, справа от него устроился Денис с камерой. Алиса села по левую сторону от экрана, так, чтобы в кадре была только ее рука с микрофоном. Миша нажал кнопку на пульте, и экран загорелся. Вначале по нему забегали полосы, звук был нечеткий, постоянно прерываемый каким-то шипением, но вскоре стараниями Валеры и Миши все неполадки были устранены, и Каркуша увидела на экране целое море улыбающихся лиц. Их было так много, что глаза разбегались, да к тому же камера, которая снимала студию, двигалась как-то хаотично, рывками, то и дело перескакивая с одного лица на другое. Но, по всей видимости, это происходило не за счет неопытности оператора, а нарочно, в силу особого операторского приема.

«Неужели все эти люди и в самом деле собрались из-за меня?» – никак не могла поверить в реальность происходящего Каркуша.