За последние десять лет Энтони подчас приходил к мысли, что эта легенда — не более чем вымысел. Но и тогда он не отступал, и вот, наконец, его желание найти разгадку удовлетворено. Венец Желаний действительно существует, и сегодня он должен стать его собственностью.

Среди знакомых Лоуренса многие не разделяли его увлеченности древностями. Одни считали его богатым чудаком, помешанным на изучении истории, другие — собирателем всего необычного, но он не придавал этому значения. Его целью было разыскивать и сохранять редкие и прекрасные произведения искусства, утерянные сотни и тысячи лет назад, и он не считал достаточными меры, предпринимаемые в этом отношении правительством и музеями. Он считал их неспособными проделать хотя бы отчасти ту работу, которую выполнял сам. А Венец Желаний был редчайшим и прекраснейшим образцом искусства, который ему доводилось когда-либо видеть.

Перечитав еще раз легенду о египетской царевне и ее проклятии всякому, кто отважится овладеть венцом с корыстной целью, Лоуренс не испытал страха. Он хотел заполучить венец не из-за его коммерческой стоимости, хотя, если верить легенде, он стоил целое состояние. Нет, им двигала не корысть, а любовь к прекрасному.

Взглянув на часы, Лоуренс встал и подошел к окну. Внизу он заметил человека, бредущего по улице, закутавшись в плащ от ветра и дождя. Лоуренс стоял и ждал, надеясь, что это Дваер и что поиски венца окончены.

Завывание ветра нарушало ночную тишину, заставляя Дваера, пробирающегося сквозь туман, дрожать от холода. Звуки его шагов слышались все явственнее по мере приближения.

Дождь не переставал, и Дваер только сейчас заметил, насколько отвратительной может быть погода в Лондоне в это время года. Ради порочной мечты покинул он страну яркого солнца и безоблачного неба. Но Дваер старался не думать об этом. К бедности он не собирался возвращаться. Залогом этого служило сокровище, которое он прятал в складках плаща.