— Почему?

— Нет, до города, может, и дотащат… Это если пилоту крупно повезет. И если у водителя окажется трейлер и специальная сцепка… А так… Все, что сможет сделать летчик, — это своим ходом добраться до ближайшего шоссе.

— И, несмотря на все эти побочные явления, ты не боишься путешествовать на самолете?

— Нет, не боюсь. Знаешь, Мирабель, именно те знания, которые пилоты получают во время полетов, именно этот опыт и говорит мне о том, что в этой жизни мало чего следует бояться. И что для человека по-настоящему важно, а что — так, мелочи, шелуха…

— Понятно, — протянула Мирабель.

За столом вновь воцарилось молчание.

Доев куриные полуфабрикаты, Дик без лишних слов собрал тарелки и отнес их в мойку.

— Я сама. Не нужно.

— Нужно. Я сам. Должен же я…

— …Хоть как-то компенсировать, — закончила за него Мирабель. — Не нужно. Ты же накормил меня обедом. Значит, мы в расчете. Верно?

Дик улыбнулся:

— Звучит довольно зловеще.

— Это почему? — удивилась Мирабель.

— Потому что это значит: можешь сматывать удочки из моего дома. В принципе, я понял намек. Действительно, с моей стороны было бы бестактно и дальше задерживаться у тебя. Пора и честь знать…

По сути, Дик был прав. Но что-то заставило Мирабель спросить у него:

— И что же ты собираешься делать дальше?..

— Ну, мне нужно для начала заправить самолет, — улыбнулся он.

— Как же ты это сделаешь?

— У меня есть канистра для бензина. Мне нужно всего лишь добраться с этой канистрой до какой-нибудь бензозаправки, а потом дотащить канистру до самолета.

— И потом ты улетишь?

— Может быть. А может быть, и нет… Мне ведь нужно немного отдохнуть. В кои-то веки подвернулась возможность провести ночь не в поле, у стога сена, и не в палатке, и даже не в кабине самолета, и не под крылом, а в нормальном человеческом жилище. Как у вас тут с гостиницами?