— Могу, — прикинув что-то в уме, ответил Дик, — только денег мне не надо.

— Брось, как это не надо? Возьми хотя бы на керосин. — Пит уже неловко вкладывал в руку Дика десятидолларовую купюру.

Дик попытался отказаться, но Пит уже полез в кабину.

— Эй, приятель, осторожнее… Я покажу как. А ты тоже хочешь лететь? — обратился он к Рону.

— Почему бы и нет? — кивнул тот. — Когда еще выдастся случай прокатиться на подобном агрегате? Ты, парень, мог бы деньги на этом зарабатывать…

— Спасибо, не нуждаюсь. Тогда придется подождать: двух пассажиров одновременно я взять не могу.

— Что ж, значит, подожду.

Мирабель мысленно ойкнула: замечательно, теперь ей придется сидеть тут уйму времени с неприятным для нее человеком. Скорее бы Дик вернулся!.. Если еще Рон начнет задавать свои вопросы с подковыркой… Что ж, пусть полезет — наедине, без свидетелей, она найдет чем ему ответить и как поставить на место.

Впрочем, кажется, Рон и не собирался лезть в бутылку. Он отошел на пару шагов от Мирабель, долго смотрел вслед улетающему биплану, потом плюхнулся на примятую траву и жадно закурил.

Дик вернулся через двадцать минут. Он помог выбраться из кабины Питу, вид у которого был совершенно обалдевший.

— Bay! Круто! Приятель, да ты просто монстр! Рон, залезай! Не забудь только дать ему десятку.

Дик засмеялся, когда Рон с обреченным видом полез в карман. Впрочем, он не стал его останавливать, не исключено, что из воспитательных соображений…

— Как поживаешь, Мирабель? — вежливо спросил Пит, когда Дик улетел с очередным пассажиром.

— Все отлично, — так же вежливо ответила она. — Живу потихоньку.

— Оправилась?

Мирабель вздрогнула. Она не ожидала, что подобные, вполне невинные вопросы по-прежнему доставляют ей столь же неприятные ощущения, как и раньше.

— Да, вполне, — сказала она.