Первое мгновение Диана не знала, что сказать. Конечно, ее восхитил благородный поступок и в не меньшей степени прекрасная спортивная реакция нового знакомого. Но вот что теперь делать с пострадавшим? До этого предполагалось, что подъедет такси, Тим галантно откроет дверцу и поможет ей усесться на заднем сиденье. А затем она спокойно отбудет домой.

Однако ситуация резко изменилась. Банальное знакомство перерастало в нечто большее. Перед ней внезапно оказался изрядно намокший мужчина, совершивший самоотверженный поступок во имя своей дамы. Причем не какой-то абстрактной дамы, а вполне конкретной.

Родители всегда учили ее, что зло должно быть наказано, а добро вознаграждено. Глядя на добровольного страдальца, больше похожего уже не на орла, а на жалкого взъерошенного птенца, упавшего из гнезда прямо в лужу, Диана вдруг ощутила все, что Тим должен был сейчас испытывать. Как будто сигнальные излучения его рецепторов пошли не только по внутренним нервным каналам к мужскому мозгу, но и устремились наружу, вызывая соответствующие импульсы сопереживания у нее. Очередная загадка сверхчувственного восприятия людей, которые нравятся друг другу. Скорее даже не просто нравятся, а очень, очень нравятся.

Диана решила, что Тима в его нынешнем положении нельзя оставлять одного. Он будет чувствовать себя как бездомный, никому не нужный пес. И это состояние невольно будет ассоциироваться с ней. Не хотелось бы предстать перед ним в облике черствой и неблагодарной женщины. Тем более что к несчастным, заброшенным и беспризорным существам у Дианы всегда было особое отношение.

От этого страдали прежде всего родители, тщетно пытавшиеся объяснить маленькой заплаканной девочке, почему нельзя приютить дома бесчисленных представителей животного и пернатого мира, которых она приводила и приносила почти ежедневно с улицы. При всей традиционной любви англичан к братьям нашим меньшим должны же быть хоть какие-то разумные пределы в практических проявлениях этой любви!