– Ты же знаешь, я предпочитаю работать один.

Бен огорченно вздохнул.

– Неужели я должен напоминать тебе, что, вступая в наш клуб, ты дал обещание работать с другими его членами в одной команде?

К черту напоминания! Ему никогда еще не доводилось работать с напарником, и он не собирался изменять своим привычкам. Напарник только отвлекает ненужной болтовней да советами. Хищник охотится в одиночку, тогда у него предельная концентрация внимания. И значительно легче принимать решения.

– Не думал, что на меня будет оказываться давление со стороны правоохранительных структур.

– Данный случай не предусматривает проведения частного расследования. Слишком тяжкое преступление. Да еще побег из мест лишения свободы. Любая ошибка может стоить жизни невинным людям. Тут будет работать целая группа специалистов.

– Ладно, я это учту. И пусть специалисты работают. Я им не помешаю. Но готов поспорить, что арест Бекенфельда – вопрос нескольких часов, ну в худшем случае – дней.

Он пристегнул кобуру с «береттой» к ремню и надел поверх черной майки такую же черную куртку из грубого льняного полотна.

– Ой, не говори ничего заранее. Этот Бекенфельд – та еще штучка. У маньяков особая психология, и нормальным людям не всегда удается ее просчитать.

– Но он не настолько умен, как ему кажется, хотя и обманул охранника.

Дарин почувствовал раздражение от одной лишь мысли об этом чертовом побеге. Он достаточно долго выслеживал преступника, а тому дали ускользнуть на свободу.

– А ты уверен, что Бекенфельд по-прежнему в Лас-Вегасе? – спросил Бен.

Обычно Дарин крайне неохотно делился подобной информацией, но с кузеном можно быть откровенным, хотя тот уже и не принимал активного участия в деятельности клуба после своей свадьбы.

– Да, абсолютно. Мне стало известно, что Бекенфельд связался по сотовому со своим сообщником Саттером и договорился о встрече в одном баре на окраине города. Я как раз туда и направляюсь. Мой помощник уже на месте. Играет роль бармена.