— Но если герцог на самом деле намерен жениться на Фелисии, мы должны возблагодарить Бога за подобное чудо, а не пытаться выискивать низкие мотивы в поведении Донкастера.

Граф молча поднялся из-за стола.

— Куда вы? — забеспокоилась графиня, Пытаясь во что бы то ни стало удержать супруга от опрометчивого шага.

— Я собираюсь ответить на его письмо, — сообщил граф, направляясь к двери, — а потом поеду в Уайт-клуб. И если только старый Беддингтон там, — а должно быть, это так, — он непременно расскажет мне о самом громком скандале и о том, в чем был замешан Донкастер в последнее время.

— Вы ведь не собираетесь упоминать о том, что герцог намерен завтра нанести нам визит? — поспешно осведомилась графиня. — Возможно, вы ошиблись. Возможно, у него совсем другие планы.

— Я не глупец, Эмилия, — возмущенно ответил граф. — Если кто-то и проболтается, так это точно не я.

Он вышел из комнаты, дверь за ним громко захлопнулась, и три женщины, оставшиеся за столом, посмотрели друг на друга.

— Не могу в это поверить! — опять воскликнула графиня.

— Но я не хочу выходить замуж за герцога, мама, — тихонько промолвила Фелисия.

Графиня, казалось, не слышала ее. Сосредоточенно вглядываясь в послание герцога, она словно пыталась выучить наизусть все, что было написано на толстой пергаментной бумаге.

Фелисия готова была заговорить снова, но внезапно почувствовала резкий удар носком туфли по лодыжке и поморщилась от боли.

Вскинув голову, она увидела, как сидящая напротив нее сестра предостерегающе сдвинула брови, глядя на Фелисию, и слова, готовые уже сорваться с губ девушки, так и не были произнесены.

— Нам нужно сейчас же подняться наверх, чтобы решить, как ты оденешься завтра, когда приедет герцог, — после небольшой паузы заявила графиня. — Полагаю, придется остановить выбор на бледно-голубом платье. Оно очень тебе идет, подчеркивая удивительный цвет твоих глаз, Фелисия. Но и белое с бирюзовыми лентами тоже подойдет.