Джон продолжал ехать вниз по улице.

— Как же он добрался сюда раньше нас?

— Надо было мне поменьше реветь, — пробормотала в ответ Меган.

Проехав еще полмили, Джон остановил машину у обочины, выключил зажигание и, повернувшись к девушке, сказал:

— Вам непременно нужно поговорить с кем-нибудь из близких! — Его приятный голос действовал успокаивающе, в нем больше не слышалось раздражения.

— Я никого не хочу видеть.

— Но рано или поздно придется.

— Я все понимаю, Джон, — решительно начала Меган. — Понимаю, что мне необходимо восстановить справедливость, и я сделаю это, сейчас прошу оставить меня в покое. Я начну жизнь заново, буду держать хвост пистолетом, стану примером для всех женщин. Но почему я не могу дать себе передышку хотя бы на одну ночь, чтобы собраться с мыслями и понять, как мне жить дальше? Неужели я о многом прошу?

— Да нет, — согласился Джон, зажег свет в салоне и посмотрел на часы.

— Сколько там?

— Почти полночь.

— То-то я смотрю, у меня глаза слипаются. Веки как свинцовые. Вы уж простите меня…

— Меган, — начал Джон, подавив очередной зевок. — Завтра я должен быть на судне в шесть утра: сначала приедет наладчик навигационного оборудования, потом вашего покорного слугу ожидают две свадьбы, а свадьба для меня — самое тяжелое испытание, даже когда хорошо высплюсь. Я живу в двадцати минутах отсюда. У меня есть домик для гостей, в котором вы можете спокойно провести ночь. А утром я отвезу вас, куда пожелаете. Устраивает?

Предложение заманчивое. Она, конечно, может переночевать в городе у подруги. Но Джону вряд ли захочется ехать обратно. А уж Роберту и в голову не придет искать свою бывшую невесту в доме капитана Вермонта. Решено.