Стрелять в отпуске Филатов не собирался, поэтому решил ничего с собой не брать, даже на «всякий пожарный случай». Юрий закрыл сейф и спрятал ключ в потайное дно оригинально инкрустированной шкатулки, приобретенной по случаю на одном из «блошиных рынков» города, куда он любил заглядывать в свободное время в поисках раритетов. Про себя Юрий решил: «Никаких пистолетов-автоматов. Только удочки на рыбалке, перочинный ножичек по грибы». Наконец вещи были собраны, бытовые приборы отключены, газ и вода проверены. Как полагается, Филатов посидел на дорожку и вышел за порог.

Юрий решил ехать к Кучумову на поезде. Во-первых, чтобы не смущать друга, а заодно и весь гарнизон, своим «крайслером», а во вторых его действительно заела ностальгия. После нескольких месяцев рутинной и относительно спокойной работы, захотелось романтики юности и приключений молодости. С трудом протиснувшись в переполненный и раскаленный как доменная печь троллейбус, Филатов обливаясь потом, мужественно продержался три остановки, на четвертой вышел и пошел на вокзал пешком.

Вокзал напоминал растревоженный муравейник. На перроне было многолюдно – толпы людей двигались по платформам. Из динамиков, закрепленных под сводами крыш, лился приятный женский голос, вещающий о скором прибытии, убытии или задержке поездов. Возгласы, крики вперемешку с матом смешивались со звонким голоском диспетчера. Кассы находились в центре вокзала, чтобы попасть в него, нужно было пройти по нескольким линиям железнодорожных путей. Филатов спустился в подземный переход, здесь было прохладнее, чем на поверхности, темно и невыносимо воняло мочой и экскрементами. Юрий затаил дыхание, ускорил шаг, стараясь побыстрее проскочить это место. За очередным коленом казалось бесконечного туннеля, Юрий услышал женский крик и приглушенные мужские голоса:

– Понаехали тут, черномазые. Русским людям жизни от вас нет. Давай деньги! Платить надо за то, что по нашей земле ходишь, воздух портишь.