— А что будет, если она съест арахис? Возникнет крапивница?

— Она может умереть, мистер Максвел, — резко сказала Келли и увидела, как его лицо побледнело. — Ее горло распухнет, и опухоль перекроет дыхательные пути. Я всегда держу в аптечке специальное лекарство на всякий случай. Кроме того, оно всегда находится в моей сумочке. Возможно, вам тоже придется его носить с собой.

Он выпрямился на своем месте.

— Я должен буду сделать ей укол?

Келли кивнула.

— И причем довольно быстро. Не стоит дожидаться службы 911 в надежде, что медики помогут. Я покажу, как это делается. Вы можете потренироваться на апельсине, если хотите, — она остановилась. Ее тон был более чем серьезен, когда она спросила:

— Так вы точно с этим справитесь?

До сих пор Сэму казалось, что поменяться местами не так уж и трудно. Даже несмотря на условие, что они должны будут спать под одной крышей. Готовить еду, читать сказки на ночь.., все это, конечно, особенно не радовало. Он не сильно жаждал проводить время с детьми, но, чтобы со всем этим справиться, не нужно иметь докторскую степень. Смертельные аллергические реакции, однако, были совсем другим делом.

На протяжении последних шести лет Сэм избегал мыслей о том, каким отцом он сам когда-нибудь станет. Его собственный отец всегда держал его на расстоянии. Он оплачивал счета, но не более того. Мать Сэма, няня и учителя в частной школе заменили ему общение с отцом.

— Так да или нет? — спросила Келли.

Она сидела рядом с ним на кушетке и смотрела на него неотрывно. Как-то само собой получилось, что его рука оказалась рядом с ее рукой.

— Да, — и он пожал руку в ответ. А потом Сэм сказал фразу, которую не говорил ни одной женщине вот уже шесть лет:

— Обещаю.

С некоторым сожалением Келли оставила в субботу утром своих девочек с няней и поспешила в салон красоты приводить себя в порядок. Ей нужно было подстричься и осветлиться — ради эксперимента. А потом купить новую одежду.