- Эйден работает, - сказала Табита, сдерживая свое раздражение. - Он очень талантливый художник.

    - О да, художник он Неплохой. - Черные глаза Завье всматривались в толпу. Повернувшись, Табита тоже увидела, как Эйден лихо опрокинул в себя бокал, тут же хватая с подноса проходившей мимо официантки еще два. - Причем одержимый. А чем зарабатываете на жизнь вы?

    Табита судорожно сглотнула. Нечего было и думать, что лицо Завье озарится искренним восхищением, узнай он о ее профессии.

    - Я танцую.

    Завье не произнес ни слова, ни единого слова, но его взгляд, медленно ощупывавший Табиту с головы до ног, был весьма красноречив.

    Приподняв бровь, он с нескрываемым любопытством глумливо взирал на нее, и Табита залилась краской.

    - Это не те танцы, о которых вы подумали, вспылила она, - я артистка.

    - Классическая? - с издевкой поинтересовался Завье тоном самого настоящего сноба.

    - Почти, - ответила Табита с запинкой, - но танцую в основном современные танцы. Иногда я даже исполняю собственную версию канкана. - В ее голосе явственно зазвучала горечь, она сообразила, что выдала себя, и подивилась собственной глупости.

    На лице Завье проступило нечто похожее на улыбку, его губы дрогнули, а глаза с томной медлительностью скользнули по ее длинным ногам.

    - Это говорит неудавшаяся солистка?

    - Может быть. - Табита пожала плечами.

    Вот черт! Что это с ней? Почему под его взглядом она чувствует себя какой-то ничтожной эстрадной танцовщицей? - Но, если хотите знать, я очень хорошо справляюсь со своей работой, рассердилась Табита. - Вы, конечно, можете смеяться над тем, как я и ваш брат зарабатываем себе на жизнь, но, чтобы честно работать, не обязательно влезать в строгий костюм. Мы приносим людям радость.