Вокруг них заплескалась вода, когда он выгнувшись вошел в нее, регулируя своими руками ритм движения. Когда она вошла в неторопливый ритм, он нагнул к себе ее голову и поцеловал ее, усилив еще больше страсть, охватившую их в мягкой, теплой, плещущейся воде. Тори ощущала, как ее тело становится все горячее и горячее, но самое жаркое место находилось в низу ее живота, там, где она соединилась с ним, пульсируя в такт их движениям. Он поднимал и опускал ее, необыкновенно глубоко проникая в нее. Это должно было бы причинить ей боль - или, по меньшей мере, сильно смутить ее из-за того, что она оседлала его таким распутным способом, но она ничего подобного не испытывала. Тори уже не могла думать, могла лишь ощущать и двигаться все быстрее и быстрее.

Теперь, после стольких ночей в объятиях Риса, она знала, к чему они идут, и страстно к этому стремилась. Ощутив вспышку восторга, она поднялась на нем и почувствовала, как его руки скользят по ее талии, приподнимают ее груди к сверкающему солнцу, словно совершая языческий ритуал. Она изогнулась, вскрикнула и откинула голову назад так, что тяжелыми золотистыми волосами накрыла его до бедер. Рас взирал на свое золотистое совершенство и излил себя в ослепляющем взрыве экстаза, который, казалось, продолжался бесконечно. Оба медленно возвращались к действительности. Он заметил, что на ней появляется гусиная кожа от ветерка, сушившего на ней капли воды. Нежно он опять опустил ее в воду и, перевернув, положил на мягкое, травянистое дно лицом к себе.

Он поцеловал ее в нос и оберегающе обнял ее. - Я действительно люблю тебя. Тори, - прошептал он, прильнув к ее щеке. И стал ждать ее ответа.

Глава 18

Виктория почувствовала, что слова как будто застряли у нее в горле. Грудь словно заложило и она не могла выдохнуть из страха сказать лишнего. Люблю тебя. Рис Дэвис, картежник, чужак, трущобный подонок, содержатель главного городского борделя. Она не могла признать этой позорной правды, не могла и поверить его словам. Он пользовался ее телом таким бесстыдным, неестественным образом. У него были другие женщины. В этот терзающий душу момент Тори знала, что хотя она и любит его, никогда не сможет поверить ему. Ее муж уже приобрел над ней слишком большую власть.