Коннал вскинул голову и обвел взглядом местность.

Итак, он дома, и здесь предстоит ему сразиться с демонами, тринадцать лет терзавшими его душу, вскормленными его страданиями и преступлениями. За тринадцать лет они окрепли настолько, что если не он их, то они его сожрут и низвергнут в ад.

Снег захрустел под тяжелыми шагами, Коннал оглянулся и увидел Наджара. Закутанный в мех индиец выглядел неуместным на этой земле, но не более неуместным, чем остальные, разве что татуировка на лице и большой белый тюрбан водруженный на бритую голову, придавали ему экзотический вид в этой холодной стране.

— Я должен защищать вас и от нее тоже, господин?

Коннал прищурился.

— Я выжил в тюрьме Саладина Великого, неужели я не смогу справиться с женщиной?

— А вы справляетесь, господин? Я что-то не заметил.

Коннал прорычал нечто, не предназначенное для дамских ушей, нечто, пожалуй, слишком грубое даже для видавшего виды индийца и, вскочив на своего верного Ронана, помчался в замок.

Он был преисполнен решимости выполнить волю короля, даже если для этого придется привязать Шинид к алтарю. За плечами его были сотни битв и моря крови, так неужели он не сможет справиться с какой-то женщиной, пусть даже колдуньей? Сопротивляясь ему, Шинид только зря теряет время.

Принц Иоанн плюхнулся в кресло, задумчиво постукивая себя пальцем по губам. Он смотрел на клубы пыли за окном, а в это время его свита пребывала в суетливом беспокойстве.

Выдержав паузу, принц обратился к шпиону:

— Говоришь, он уже в Ирландии?

— Да, ваше высочество. — Шпион почтительно опустил глаза. — Он получил приказ жениться.

Гой брат полагает, что может отстранить меня от дел, своих эмиссаров! — раздраженно проворчал Иоанн.

Иоанна и военный советник почтительно кивнули, соглашаясь. Иоанн метнул взгляд на шпиона: — Кто его невеста?