Дэмиан почувствовал внезапную сухость во рту. Что это с ним происходит? Он же не сексуально озабоченный подросток. Не в его привычках грезить о женщине, с которой он даже не знаком! Такого не случалось с тех пор, как ему исполнилось пятнадцать лет, и он перестал интересоваться журнальчиками с голыми девицами.

Бред, подумал он, и в то же мгновение женщина подняла голову. Она смотрела на стоящих около алтаря, и ее взгляд не дрогнул, встретившись с его глазами, устремленными на нее. Задержав на нем непроницаемый взор, незнакомка усмехнулась.

Я знаю, о чем ты думаешь, говорила ее усмешка, и нахожу это ужасно забавным.

У Дэмиана зашумело в голове. Его руки сжались в кулаки, и он шагнул к ней.

– Дэмиан! – снова шепнул Ник, и в ту же секунду ветер снова поймал двери и снова грохнул ими о стены церкви.

Этот звук, казалось, разбил наваждение, сковавшее публику. Кто-то прокашлялся, кто-то зашептал, а мужчина в последнем ряду поднялся, подошел к дверям и плотно закрыл их. Он любезно улыбнулся незнакомке, но она полностью проигнорировала и мужчину и его улыбку и огляделась, выискивая свободное место. Усевшись, она положила ногу на ногу, сложила руки на коленях и напустила на лицо выражение вежливой скуки. Почему же вы прервались? – словно говорила она всем своим видом.

Священник снова откашлялся, и все присутствующие медленно, словно нехотя, наконец, обратили на него взоры.

– Итак, если не имеется причин, препятствующих браку Николаса и Дэун, – быстро, словно боясь еще одного вторжения, продолжал священник, – то, согласно законам Господа и штата Коннектикут, я объявляю их мужем и женой.

Ник повернулся к своей невесте, обнял ее и поцеловал. Органист выдал триумфальную мелодию, гости начали подниматься со своих мест, и Дэмиан потерял женщину в неразберихе лиц и фигур.